Легендарный McLaren F1 GTR шасси 10R, известный своим прозвищем «Поп-арт F1» и принадлежавший барабанщику Pink Floyd Нику Мейсону, дважды попадал в аварии и полностью восстанавливался. Несмотря на эти инциденты, он остается одним из самых безупречных в мире гоночных автомобилей, разрешенных для использования на дорогах общего пользования.
Теперь он снова выставлен на продажу, и ожидается, что его цена составит невероятные 35 000 000 долларов. За такие деньги он также станет самым дорогим McLaren в мире. Первая авария произошла в 2009 году, когда автомобиль получил повреждения во время испытаний, проводимых журналистом в сельской местности. Он потерял контроль, и спорткар вылетел с дороги, съехал с трассы и врезался в близлежащее пшеничное поле. Авария побудила сына Пола Ланзанте, Дина, и его команду из Lanzante Limited в 2009 году провести масштабную реставрацию без экономии средств.
Вторая авария произошла в 2017 году, когда владелец автомобиля, Ник Мейсон, потерял контроль над управлением во время показательного заезда на Goodwood Members’ Meeting и врезался в ограждение из шин на повороте St. Mary’s. Мейсон не пострадал, и Lanzante полностью восстановил повреждения передней части. Теперь McLaren F1 GTR 1996 года будет выставлен на аукцион RM Sotheby’s после 27 лет владения одним и тем же владельцем, и ожидается, что он принесет умопомрачительную сумму, 35 000 000 долларов. Нет, вам не кажется. Это максимальная оценочная стоимость шасси 10R.
Если торги зайдут так далеко, он побьет рекорд, который в настоящее время принадлежит белому McLaren F1 1994 года выпуска, шасси 014, проданному за 25,3 миллиона долларов в Абу-Даби в декабре 2025 года. Ожидается, что эта слава будет недолгой, потому что у автомобиля в ало-желтой раскраске, которая делает его самым узнаваемым из всех McLaren F1, есть свои недостатки. Автомобиль провел три года в McLaren, прежде чем был приобретен. В 1999 году его приобрел легенда рока Ник Мейсон, переоборудовав его для дорожного использования. С тех пор он находится у него. Это первый из всего девяти McLaren F1 GTR, построенных в соответствии со спецификацией 1996 года, а также самый быстрый и самый желанный из всех.
Возможно, это связано с его гоночным прошлым. Это не были настоящие гонки, но автомобиль получил повреждения на 24-часовой гонке Ле-Мана 1996 года во время тестовых заездов. F1 GTR стал последним гоночным автомобилем, выигравшим Ле-Ман, разработанным непосредственно на основе гиперкара класса GT. Это произошло в 1995 году, во время его дебюта в соревнованиях. Он победил вопреки всем ожиданиям, закрепив за McLaren место на карте автоспорта, хотя эта модель никогда не предназначалась для соревнований.
Через три недели после своего появления в Ле-Мане он отправился на трассу Сарте, где принял участие в предварительной квалификации французской гонки, за рулем которого находился заводской пилот McLaren Дэвид Брэбэм, и финишировал восьмым в своем классе и 20-м в общем зачете. В то время легендарный конструктор Формулы-1 и автомобильный инженер Гордон Мюррей сказал, что выиграть Ле-Ман в 1995 году с первой попытки было сложнее, чем выиграть два чемпионата Формулы-1 подряд. Мюррей был одним из тех, кто способствовал тому, что F1 стал самым быстрым серийным автомобилем своей эпохи.
С конвейера сошло девять экземпляров, все для частных команд, и это один из них. Шасси 10R покинуло производственный центр в Уокинге в декабре 1995 года как первый экземпляр, построенный по спецификации F1 GTR 1996. Поскольку это был первый экземпляр, он остался у McLaren. Так он попал в руки нескольких ведущих гонщиков, таких как Джей Джей Лехто.
F1 был окрашен в кроваво-красный цвет с контрастной желтой графикой «96 GTR» и также служил рекламным автомобилем для бренда, пока его не забрал домой Ник Мейсон. Барабанщик Pink Floyd был известным коллекционером автомобилей и, казалось, был подходящим человеком для покупки F1 GTR 10R. Автомобиль, переделанный компанией McLaren для дорожного использования и зарегистрированный в 1999 году под номером «K40 MCL», находился в элитном гараже рядом с Ferrari 250 GTO, Bugatti Type 35 и Porsche 962, а также другими автомобильными сокровищами.
Бесспорный король современных гиперкаров 20-го века, титул, который он мог бы с удовольствием разделить с Ferrari 250 GTO, McLaren F1 GTR 1996 года оснащен 6,1-литровым атмосферным двигателем V12, разработанным и изготовленным BMW Motorsport специально и эксклюзивно для проекта McLaren F1.
Как получилось, что F1 получил двигатель BMW? Главный конструктор McLaren, Гордон Мюррей, сначала обратился к Honda с просьбой разработать агрегат, поскольку McLaren в то время использовал двигатели Honda в своих доминирующих гоночных автомобилях Формулы-1. Honda отказалась. Затем Мюррей обратился к своему старому другу, легендарному разработчику двигателей BMW Полу Роше. Роше взял базовую компоновку V12 и полностью разработал совершенно уникальный, сверхкомпактный силовой агрегат, отвечающий очень высоким требованиям Мюррея к весу.
Мотор развивает 627 лошадиных сил в дорожной версии, а также 651 Нм крутящего момента. Автомобиль разгоняется от 0 до 100 километров в час примерно за 3,0 секунды и развивает скорость более 322 км/ч.
Каждый McLaren F1, включая тот, что принадлежал Нику Мейсону, покидал завод с примерно 16 граммами (0,56 унции) чистого 24-каратного золота, покрывающего нижнюю сторону крышки двигателя и задние перегородки.
На момент производства в середине 1990-х годов золотая фольга добавляла пару тысяч долларов к себестоимости производства каждого автомобиля. Это мало что значило для автомобиля, который продавался почти за 1 миллион долларов. Перенесёмся в 2026 год, и тот же автомобиль может стоить 35 000 000 долларов.
